?

Log in

No account? Create an account

Только он не вернулся из боя. Глава 9. Встреча.
captainzeltz

Доктор Ангольский проснулся поздно. За ночь он просыпался от боли несколько раз, и приходилось глотать ворованный «Трамадекс». В полусне он слышал какие то разговоры, бряцание, какие то бесконечные и крайне раздражающие перемещения. Проваливаясь в неспокойный сон, доктор грезил о прекрасной Мишель, и ему казалось, что в паху его  нарастает давно забытое сладкое напряжение.  

Проснувшись, Ангольский с удивлением обнаружил в палате полицейских. Чуточку сдвинув занавесочку, отделяющую его от соседней койки, он увидел толстую волосатую лапу. Лапа была прикована наручниками к поручню кровати и напоминала повешенного косматого унылого осьминога. Между большим и указательным пальцем была знакомая доктору наколка — три точки, означавшая у Израильских бандитов нелады с законом и вызов копам.  

«Можно убрать тебя из тюрьмы, но нельзя убрать тюрьму из тебя» - подумал Ангольский совершенно неуместно. Ибо в данном случае как раз таки тюрьма сама пришла к нему. Кроме того, афоризм утратил свой возвышенный, экзистенциальный смысл, став совершенно конкретным и плоским.

Утро ставило перед доктором Ангольским свои задачи. Задача номер один: нужно было дождаться обхода врачей и выклянчить дополнительную дозу Трамадекса. «Сколько же можно воровать у медсестёр ?! Так, однако, и погореть недолго... Вот позорище то будет! В газетах напишут — офицер службы тюрем, врач-нарколог, репатриант из СССР, попался на краже наркотических препаратов... Это уже не шутки !».  

Read more...Collapse )

Только он не вернулся из боя. Глава 8.
captainzeltz

- Молоток этот Петрович ! По виду — полное чучело... никогда не подумал бы...а он — мужик !  

Полицейские осматривали место преступления.  

Охранник Петрович, разбуженный несколько минут тому назад воем сирен, стесняясь и заикаясь описывал сцену ограбления. Клерк за стойкой флегматично жевал бутерброд и запивал его кофе из термоса.

В дверном проеме банка по прежнему лежало тело пирата Захарова, но уже закованное по рукам и ногам в стальные браслеты. Обветренное пассатами приключений лицо флибустьера носило на себе четкие признаки столкновения с Тунгусским метеоритом.  

-В таком виде мы его забрать не можем — мрачно процедил один из копов, как будто он говорил о некоем дефектном товаре. - Будут предъявы... что это мы ему морду разбили...Вызывай медиков, пусть прямо здесь зарегистрируют телесный ущерб. К тому же, он, похоже, все еще в отключке...

Но еще раньше медиков , на месте преступления оказалась единственная журналистка единственного местного портала новостей. Результатом явилась сенсационная статья, разосланная во все центральные порталы, страницы фэйсбука и даже CNN.

“Дикий Запад в городе Н*

Оперативными действиями мужественного охранника П* пресечено дерзкое ограбление, потрясшее тихий и пасторальный городок Н* на севере Израиля....».  

Ревя мотором, на сцену влетел парамедик на мотоцикле.  

Пират Захаров приходил в сознание. Страшно болело лицо и лоб. Когда он попытался встать, сильнейшая боль пронзила его от поясницы до пятки, и он вновь потерял сознание.

Read more...Collapse )

Только он не вернулся из боя. Глава 7.
captainzeltz

Зека Захаров был настоящим флибустьером. Нет, бушприт его фрегата не рассекал волны Карибского моря. Да и фрегата у него никогда не было. У зека Захарова не было даже машины. В далеком детстве у него был велосипед, да и тот был ворованный. Просоленная морем и потом кожаная куртка , ботфорты, широкий кожаный пояс с пистолетами и абордажной саблей не являлись обязательными атрибутами его гардероба. Но вот душа...Зека Захаров обладал неутомимой тягой к приключениям и авантюрам, пил только ром и все нажитые криминальной деятельностью средства моментально проигрывал, и даже не в покер. В пошлую и глупую моментальную лотерею. Захаров не был склонен к размышлениям, мысль не поспевала за бренной плотью. И даже если случалось ему задуматься(чаще всего что то вроде с искренним изумлением :«Блин ! И на хера я это сделал ?!») то гиперактивная плоть уже толкала его на новые приключения.  

А если бы Захаров задумался бы о жизни, то , возможно, он заметил бы, что жизнь иногда описывает круг. Что совершая некий поступок, мы начинаем процесс возвращения в исходную точку, именно туда, откуда мы начали движение. Туда , откуда наивно полагали уйти к чему то совершенно другому.   

Было около 10 утра. Солнце уже жарило вовсю и на грязноватых улицах было безлюдно. Жители городка работали на фабрике пластмассовых изделий или на консервном заводе(кто то утверждал , что оба предприятия принадлежат одному хозяину, и что в консервы добавляют пластмассу).  

Read more...Collapse )

Только он не вернулся из боя. Глава 6
captainzeltz

Доктор Ангольский быстро шёл по длинному коридору. Сломанная нога совсем не болела и это чрезвычайно удивляло.

Коридор был очень похож на больничный, но освещался почему то факелами. Доктор должен был встретить кого то, и очень волновался. Интуитивно он нашел нужную дверь. Задержавшись на минуту, Ангольский вытащил из крепления в стене факел. Дверь вдруг открылась сама. Доктор понял, что находится в приемной комиссии Тамбовского Медицинского института имени Державина. Взору Ангольского открылся огромный зал с массивным полированным столом посередине. Стол был метра четыре в ширину и метров шесть в длину. Стоя у края этого мегаломанического стола, посетитель должен был ощущать себя чем то чуть больше микроба. Такой шикарный стол Ангольский видел только один раз в жизни — в кабинете майора Петренко, начальника отдела виз в ОВИРЕ.  

Из за стола на доктора глазели какие то ужасно знакомые лица, но он никак не мог припомнить имен. В воздухе плавали то ли огромные снежинки, то ли мыльные пузыри. Доктор удивился, что никто не обращает внимания на эти, совершенно неподобающие такому солидному учреждению, явления. Вдруг Ангольский заметил, что на краю стола лежит в развязной позе некая полуголая девица. Доктор хотел обратиться к уважаемым членам комиссии, но девица эта своим видом отвлекала его и не давала собраться с мыслями.  

-Достаточно, господа ! - сказал кто то из комиссии. - Пусть будет дуэль!

Read more...Collapse )

Только он не вернулся из боя - глава 6
captainzeltz

Нос

Доктор Зед спал беспокойно. Ему снился пионерский лагерь. Он бежал через какие то кусты, другие пионеры бежали рядом. Какие то бандиты окружали его и он отстреливался из огромной старинной винтовки, но патроны почему то падали, как куски сырой глины, не причиняя врагам никакого вреда. В кустах он наткнулся на поваленную и заросшую мхом гипсовую скульптуру пионера. Пионер сжимал в левой руке некий овал, который, очевидно, когда то был горном. Нос у статуи был отбит и это почему то очень напугало доктора. Он проснулся, а ,скорее, «выскочил» из сна, задыхаясь и ощущая удары сердца не только грудью, но и горлом.   

В автобусе доктору удалось снова задремать.  

Проснулся он уже в Тель Авиве. На центральной автобусной станции, как обычно, его встретил интернационал: суданцы, филлипинцы, арабы, индусы и бог знает кто еще.  

Он купил себе свежайшую, еще горячую булку с кунжутом и направился на пересадку, к автобусу в Яфо. Вдыхая аромат булки, он подумал: «Нужно учиться радоваться простым вещам. Вот, с горячей булкой в руке и жить веселей!». Для полного счастья, не хватало еще чашечки кофе. И доктор тут же исправил это, благо, автобусная станция изобиловала забегаловками и кафе на любой вкус. Около забегаловки к нему прицепилась косматая и грязная бездомная старуха. Она сунула ему под нос жестянку с монетами:

- Шекель, шекель ! Дай шекель !

Доктор удивился — обычно бомжи и наркоманы избегали людей в форме.

- Пол-булки хочешь ? - предложил он старухе.

Read more...Collapse )

Только он не вернулся из боя. Глава 5
captainzeltz


За неделю, что доктор Ангольский пролежал в ортопедическом отделении, в палате его сменились несколько соседей. Такой ритм удивлял доктора. Получалось, что человека оперировали ночью, а днем уже выписывали и его койку занимал другой бедолага. По ночам Ангольского будили трубные звуки и басовые трели, которые издают иногда спящие люди. Заснуть снова было уже очень трудно - начинала ныть нога, доктор ворочался, пытаясь найти удобную позу, и, вот казалось, уже нашел, но тут начинала затекать шея или переставал дышать его длинный аристократический нос. И тут выручал украденный у медсестры Трамадекс. Отоспаться днем было невозможно — то врачи приходили на обход, то физиотерапевт тащил доктора на прогулку, то уборщицы и санитары начинали копошиться в палате. Потом начинались посещения.  

Жена привозила доктору бульон в термосе и голубцы в пластиковой коробке из под мороженного. Как ни пытался Ангольский урезонить супругу, объясняя, что в больнице — трех-разовое питание, она упрямо продолжала привозить еду и заставляла доктора съедать все до последней крошки. Родственники и сослуживцы завалили сладостями тумбочку рядом с кроватью Ангольского. Но это еще пол-беды.

Read more...Collapse )

Только он не вернулся из боя. Глава 5
captainzeltz

Глоток Адолана(лирическое отступление)

Короткое предисловие.

Говорят, лень-матушка. Но редко упоминают, что лень-матушка великих изобретений. И глупых проделок.  

Хороший командир старается, чтобы солдат всегда был чем то занят. Дабы не натворил бед изобретая(от безделья) чего не надобно.

Утро в тюрьме чем то напоминало роддом. Как новорожденных несут к мамам приложить к груди и пососать молочка, так зеков ведут в поликлинику принять дозу Адолана. Вот они толпятся перед открытым входом в поликлинику, нетерпеливо переминаясь, жадно разглядывая издали стаканчики с порциями Адолана. На каждом стаканчике — наклейка с именем младенца. У кого то в баночке — 30 мг, а у кого то — 160. Адолан, по уставу, положено разбавлять сиропом, поэтому определить «на глазок» сколько у кого налито — невозможно.  

«Адолан» должен быть «разлит» накануне, дежурным санитаром. Санитар запирается в отдельном кабинете, и на аптекарских весах, тщательно сверяясь с указаниями нарколога, капает прописанные миллиграммы живой воды в именной стаканчик каждому страждущему. Процедура монотонная и скрупулезная. Ошибка в дозировке может, теоретически, стоить кому то жизни. Если обычному человеку «капнуть» 40 мг Адолана, то , скорее всего, он уснёт и не проснётся. Закаленные «уличными» опиатами наркоманы могут выдержать такие перепады дозы, но если при этом «догонятся» еще чем ни будь в камере — преждевременная встреча с автором проекта не исключается.

Read more...Collapse )

Только он не вернулся из боя. Глава 4
captainzeltz

Ловкость рук и никакого.

Доктор Ангольский был страшно польщен, увидев у своей палаты делегацию сослуживцев. Хозяина, конечно, среди них не было. Хозяин не тратит свою божественную энергию на посещение сломанных докторишек. Но был заместитель Хозяина, разведчик, заместитель командира, начальник отдела кадров, начальник поликлиники со своим замом.  

Увы, секундой позже, у доктора закралась мысль, что делегация эта, скорее всего, здесь для «галочки». Устав Службы Тюрем предписывает командиру посещать больного подчиненного. А прогулка , пусть даже в больницу, куда приятнее, чем смена в тюрьме.

Доктора аккуратно похлопывали по спине, и шутили:

- Ну, ты разожрался здесь, на больничных харчах !

- С медсестрами, наверное, шуры-муры? А, док?

Вежливо посмеиваясь, доктор прошаркал в палату и, морщась от боли, забрался на койку.

Мундиры расселись вокруг.  

В палате суетилась толстая пожилая санитарка.  

- А что, док, условия у тебя тут... не хуже чем на зоне ! Телек, всего два «соседа»...Молодухи вокруг тебя крутятся...- веселился начальник поликлиники, глядя на обширный зад санитарки.   

В палату, толкая перед собой тележку с таблетками, вошла медсестра. И тут доктор Ангольский совершил нечто, что никак не подобает офицеру Службы Тюрем(а значит, Министерства Внутренней Безопасности). Выждав момент, когда медсестра нагнулась к нижнему ящечку тележки, доктор быстрым коротким движением схватил лежащий сверху блистер «Трамадекса» и спрятал его под подушку.  

Read more...Collapse )

Только он не вернулся из боя. Глава 3
captainzeltz

Доктор Зэд.

Проезд для работников службы безопасности был бесплатным. Поэтому, доктор Зэд старался ездить на автобусе, когда это только возможно. Утром, когда солнце еще и не думало подниматься и освещать этот прекрасный, жестокий и несправедливый мир, доктор ждал Тель-Авивский автобус на заплеванной остановке. Он любовался темно-синими небесами, чуть светлеющими на Востоке, и тогда черные силуэты крыш с их трубами и антеннами напоминали то ли скелеты динозавров, то ли театральную бутафорию.  

«- Вот мы живем...суетимся...надеемся на что то … торопимся куда то... и не думаем о динозаврах» - размышлял доктор Зэд. « А динозавры тоже суетились...гонялись за кем то...воевали за территорию...сражались с соперниками...искали пару...оберегали и высиживали яйца...и вдруг — ба-бах! И все.»

Доктор Зэд поднимался в автобус. Помятые, небритые работяги толкали его плечами. Не всегда, конечно. Однажды кто то погладил его по ягодицам. Не задел , а именно погладил. И даже чуточку сжал докторскую ягодичную мышцу. Доктор обернулся, намереваясь дать в морду, но сзади оказались сразу несколько пассажиров, одна из них женщина, и все они смотрели хмуро в разные стороны.  

-Кто из вас гладил мне попу ?! - такой вопрос мог бы прозвучать довольно неуместно.

Поэтому доктор Зэд промолчал. Он лишь надеялся, что это была именно женщина. «Хотя...какая в жопу разница ?».   

Центральная автобусная станция Тель Авива напоминала Вавилон.

Read more...Collapse )

Только он не вернулся из боя. Глава 2
captainzeltz


Время в больнице плывет по кругу, растворяется в монотонном флюоресценте. Доктор Ангольский засыпал, просыпался, разбуженный медсестрой, принимал таблетки, и опять засыпал. Ему снились красочные и очень интересные сны. Медсестра выплывала откуда то, что то говорила, и доктору трудно было понять — это все еще сон, или в самом деле пришла медсестра. Сны спасали от боли. Сны были лекарством от острейшей досады, которая терзала доктора всякий раз , когда он вспоминал о своем нелепом падении. Пред глазами снова и снова мелькали одни и те же картинки: лед, мир уходит из под-ног, удар.  

Яркий свет операционной, чувство унижения и стыда, когда голый доктор лежал, содрогаясь от ледяного дыхания кондиционеров, на операционном столе, под взглядами целой операционной бригады с медсестрой и женщиной-анестезиологом. Его, почему то, совсем не тревожил исход операции.  

«Нет ничего более жалкого, чем съежившийся от холода стареющий джентльмен... в глазах молодой женщины!» - страдал доктор.  

В молодости он был настоящим ловеласом, и даже сейчас, когда романтические приключения остались в прошлом веке, доктор был далеко не безразличен к собственному отражению в женских глазах.  

Медсестры , в основном, были женщинами неопределенного возраста, с измученными лицами, с изуродованными варикозом икрами. Большинство из них относились к доктору очень сердечно, как будто его унижение на операционном столе не имело для них ни малейшего значения.

Read more...Collapse )